За окном — чёрный снег. Он падает крупными хлопьями, оседает на стекле, тает, превращаясь в грязные разводы. Окна здесь старые, без «умного» стекла — сквозь них дует, и на подоконниках скапливается влага. В Панельном поясе такие окна заменили уже давно. Здесь их не меняли. В зоне питания «Сорья-Фуд» тепло, но это искусственное тепло — от ламп, а не от жизни. Пахнет озоном и нагретым пластиком. Пол скользкий — кто-то пролил суп и не убрал. Рядом с раздаточной стойкой — сломанный кран для мытья рук, из которого капает вода. Его не чинят уже месяц. Система не считает это приоритетом.
Он входит. БраслетникБраслетникУмный браслет, привязанный к рисунку вен. Показывает рейтинг, баланс, местоположение. вибрирует — системаСинтезЦифровая платформа управления городом, созданная Советом. Исполняет алгоритмы, но не принимает решений. фиксирует вход. На экране — баланс: 45. Рейтинг: 412. Цифры одни и те же уже месяц. Он не смотрит. Он знает их наизусть.
Он берёт пластиковый поднос с выщербленным краем. Идёт к свободному принт-боксуПринт-боксУстройство для печати UBI-пайков. Печатает картридж за 30 секунд.. Экран загорается. Он ждёт. Рядом — женщина. Она ест суп. Он жидкий, льётся через край ложки. Она не замечает. Она смотрит в пустоту. В зоне питания тихо. Только гул принт-боксов и редкий стук ложек о пластик.
Принт-бокс выдаёт картридж. Серый. Он забирает его, садится за стол. Тот же стол, что и вчера. И позавчера. Он всегда садится сюда. Это не выбор — это привычка. Ритуал. Если он сядет за другой стол, он не сможет съесть пасту. Так устроен его мир.
Над столом загорается голографический экран. Опрос: «Ваш любимый вид спорта? 2 кредита». Он нажимает «Пропустить». Экран гаснет. Он смотрит на баланс — 43. Был 45. Система не сказала, за что. Она просто взяла. Может быть, за опрос. Может быть, за что-то другое. Он не знает. Он больше не спрашивает. Бесполезно. Он понимает, что для системы он — просто точка данных. Недостаточно важный, чтобы получать предложения об обучении или повышении рейтинга. Он просто есть. И его не видно.
Открывает картридж. Паста. Нейтральная. Тёплая. Он не чувствует вкуса уже полгода. Но он ест. Потому что надо.
Напротив него — женщина с горячей едой. Стейк. Пар поднимается над контейнером. Настоящее мясо. Он не смотрит на неё. Он смотрит в стол. Но краем глаза видит — она отрезает кусок, подносит ко рту. На её браслетнике вспыхивает циан. Она получила уведомление. Она устало вздыхает. Потом натягивает улыбку — не для него, для камеры. Она делает это каждый день. Потому что иначе рейтинг упадёт. Потому что за каждый отзыв дают 5 кредитов. Потому что ей нужно платить за блок.
«Система не сказала, за что. Она просто взяла.»
Он доедает. Убирает картридж в контейнер. Встаёт. Идёт к выходу. Проходит мимо неё. Их взгляды пересекаются на мгновение. Она смотрит на него с усталым пониманием. Она знает. Она тоже через это прошла. Он отворачивается.
Выходит на улицу. Чёрный снег всё ещё падает. Он проходит мимо площади — голограммаГолограммаТрёхмерная проекция. В Заречье часто ломается и показывает устаревшую информацию. улыбается, даже когда её никто не видит. Она висит здесь уже пять лет. Скоро её отключат. Ему всё равно. Но он смотрит на неё. На секунду дольше, чем нужно.
Он смотрит в сторону «Цеха»«Цех»Бар в Заречье. Бывший заводской цех, переделанный под заведение.. Там тепло. Там люди. Но у него нет денег даже на синт-алкоголь. Он идёт к дому.
Завтра он снова придёт сюда. Сядет за тот же стол. Съест ту же пасту. Система снова возьмёт два кредита. Он не узнает, за что. И не спросит. Он знает, что люди с рейтингом выше 500 живут совсем иначе — горячая еда, курсы, ИИ-тьюторы. У него такой возможности нет. Он застрял. Навсегда.
Он поднимает голову. Небо серое. Как и его рейтинг.
Он не знает, когда всё начало выглядеть вот так. Может быть, он просто привык. Может быть, это и есть жизнь.
Он идёт.
